Поэма Кюйши

VI 
Если снова враги замышляют набег, 
Разве можно поставить аул на ночлег? 
Здесь сегодня, а завтра далеко Кене: 
Он отважный и хитрый во всем человек. 
Наступает’ зима, всюду изморозь, лед, 
Хан Кене к Ала-Тау походом идет, 
И осели казахи близ рода Дулат, 
Где подножной травою питается скот. 
Хана шумной толпою встречает Дулат, 
Все навстречу гостям из кибиток спешат, 
Для гостей начинают колоть кобылиц. 
В безопасности гости, и праздник богат. 
Встреча грозного хана пестра и шумна: 
Дарят, в честь его предков, коней, атана. 
Всеми ханом торжественно признан Кене, 
И ведут к сарбазам кобылиц табуна. 
Аксакалы на пышный зовут ерулик, 
Льют кумыс, варят мясо, бараний язык; 
Каждый день вкруг Кене и веселье, и той, 
Он доволен приемом, хоть к славе привык. 
Средь дулатцев повсюду известен один: 
То богатый датха, Алимкул господин, 
И аул Алимкула встречает гостей: 
Улы-Жуз всех радушней средь этих равнин. 
Он кокандского хана всегдашний оплот, 
И ему он покорно зекет61 повезет. 
Он из рода Дулат, где так любят гостей, 
И к нему хан Кене свой приводит народ. 
Алимкул принимает, как друга, Кене. 
Хан почетом и пиром доволен вполне. 
Бай, батыр, аксакал, хан, датха, сарбазы 
Дарят то, что забрать удалось на войне. 
Скот, к убою готовый, приводят из стад, 
Бедняки же дровами заняться спешат, – 
Тот огонь разжигает, тот мясо варит, 
И колени нагие от стужи дрожат. 
Род Уйсунов-Дулатов спокоен всегда: 
Враг не смеет набегом добраться сюда; 
Хану служит надежной опорой Дулат, 
Что на пастбищах тучных гоняет стада. 
Эго сын Алимкула, красавец Сапак,-
Соколиный охотник, ценитель собак, 
Неуступчивый, дерзкий, упрямый мирза, 
Чей скакун – светло-серый лихой аргамак. 
Словно волк Алимкул – и отважный и злой: 
Сам себя оценил – и высокой ценой; 
Он на девушек юных – добычу свою – 
Нападал без пощады, как ястреб степной. 
Из бахвальства, которым их славится род, 
Отовсюду Дулатом был созван народ, 
Алимкул начинает и пир и байгу, 
Чтобы хану Кене был оказан почет. 
Так сошелся на пир весь богатый Дулат. 
Кругом знатные люди аула сидят. 
Конь Салака был первый, пришедший с байги, – 
Хану – слава, почет, хан спокоен и рад. 
«Надоело нам слушать, как стонет акын, 
Пусть уж в цель на шесте метят все, как один. 
Пусть кладут на лужайке друг друга борцы, – 
Мало ль здесь развлечений найдет господин?» 
Хану по сердцу этот приветливый гул, 
И доволен не меньше его Алимкул. 
Кара-Шаш с приближенными, с верным кюйши 
После пира вернулась в родимый аул. 

 

Страницы